Библиотека истрической книги представляет Вашему вниманию книгу -
"Ангел супружества [Ангелы и насекомые 2.]" автором её является Байетт Антония .
Эта книга из раздела Драма.
Байетт Антония написал много книг, информация о них внизу, в разделе
Книги этого автора.
С биографией автора Байетт Антония
вы можете ознакомиться в разделе биография автора.
"Ангел супружества [Ангелы и насекомые 2.]" неплохая книга, я думаю Вам должна понравиться.
Оставте свой отзыв после прочтения книги.
ннадцать детей; они играли в Арабские ночи и в Камелот; ее рослые братья в
масках и
с рапирами фехтовали на лужайке, выкрикивая: "Получи-ка, гнусный изменник!" или
с
палками в руках, как Робин Гуд, обороняли от деревенских мальчишек мосток через
ручей, впоследствии увековеченный в поэме. Все тогда было двойственно - было
явью и
было любимо; было здесь и сейчас, излучало волшебство и выдыхало слабый холодный
аромат утраченного мира, королевского фруктового сада, сада Гарун аль Рашида.
Окна
готической столовой, которую вместе с кучером Хорлинсом собственноручно построил
их
отец, из которого энергия била ключом, представлялись живому воображению двояко:
они могли служить рамами картин, на которых красовались одетые по последней моде
дамы, готовые упорхнуть на свидание, а могли быть окнами волшебного замка, у
которых
Гиньевра и Лили Мейд с бьющимся сердцем ожидали своих любимых. Софа с рисунком
мистера Морриса соединяла оба мира: на ней можно было отдохнуть, и она заключала
намек на Райский сад. Эмили это нравилось.
В их гостиной в Сомерсби тоже стояла софа, желтая софа. На ней сиживала со
штопкой миссис Теннисон, а вокруг нее, словно выводок щенят, как волны на
неспокойном море, резвились малыши. В тот единственный рождественский вечер на
ней
сидели Эмили и Артур, великолепный Артур с точеными чертами лица, знаток женских
причуд и кокетства. Он, ее суженый, обнимал ее за плечи, его осторожные губы
касались
ее щеки, уха, смуглого лба, ее губ. Она до сих пор помнила, как он мелко-мелко
дрожал,
колени, казалось, его не слушались, помнила, как было страшно ей. Сейчас она уже
не
могла припомнить, чего боялась тогда: обрушившихся на нее чувств, того ли, что,
возможно, не так отвечала на ласки, или того, что теряла голову. Его губы были
сухими и
теплыми. Позже он часто писал о той желтой софе, софа постоянно присутствовала в
его
письмах - таинственный материальный предмет, напоминающий о нематериальном -
вперемежку с чосеров
Об Атлантиде пишут со времен античности и до наших дней, то есть на протяжении 2000 лет. Но в античную эпоху на эту тему было написано немного, а сохранилось вообще всего два десятка страниц платоновских диалогов "Тимея" и "Крития".
Диалоги Платона "Тимей" и "Критий"
Диалоги "Тимей" и "Критий" были написаны Платоном (427 - 347 гг. до н. э.) около 360 г. до н. э.
Диалоги Платона
Сторонники существования Атлантиды нашли в текстах Платона немало строк, соответствующих последним достижениям современной науки. А противники ее существования в ответ указывают на множество противоречий в текстах диалогов. Однако, прежде чем перейти собственно к фактам, изложенным в диалогах, я хочу рассмотреть вопрос о том, кто же ответственен за ошибки и противоречия.
Платон пишет, что узнал эту историю от своего прадеда Крития, который в десятилетнем возрасте услышал эту историю от своего деда, тоже Крития, которому в то время было девяносто лет. Он же в свою очередь узнал об этом от большого друга и родственника своего отца Дропида, Солона, "первого из семи мудрецов". Сам же Солон, услышал эту историю от египетских жрецов из храма богини Нейт в Саисе, которые с незапамятных времен вели записи всех событий и знали про Атлантиду.
Критий-младший говорит, что читал записи деда, что его глубоко взволновала эта история, и поэтому он ее накрепко запомнил. Однако, поскольку он своих записей не вел, то вполне мог забыть какие-то детали или цифры. Если Солон записывал эту историю прямо с колонн египетского храма, то он вполне мог сделать какие-то ошибки, не зная в совершенстве египетского языка. И, наконец,
Платон вполне мог внести в описание
Атлантиды и войны с нею праафинян
какие-то изменения для своих целей, например, для пропаганды своих политических
взглядов. И, наконец, возможно, что Платон скомпилировал эти диалоги из каких-то
других источников, включив туда исторические и географические труды разных
авторов, свои собственные знания и догадки, а также мифы и сказки греков или
других народов. Тогда задача исследователей усложняется, поскольку приходится
решать вопрос об этих источниках, а затем относительно истинности каждого из
них.